old is gold?

На первом этаже нашего дома живет старушка лет семидесяти. Внешне она выглядит как женщина, прожившая интересную и насыщенную жизнь. Ее медного цвета волосы всегда собраны в аккуратный пучок, одета она всегда в платья и длинные юбки с блузами, на ушах виднеются серебряные серьги или клипсы. Она живет одна. Каждое утро ее начинается с того, что она выходит в свой садик и разговаривает с цветами, с каждым по-своему. Ромашки она приветствует нежными прикосновениями к листьям, розы поливает водой и шепчет какие-то слова. Я вижу ее со своего балкона, наблюдаю за ее монотонной жизнью, слушаю ее беседы в саду. И думаю о том, как же грустно все-таки стареть. Однажды мне довелось поговорить с ней, рано утром, когда я выходила на прогулку, старушка заговорила со мной. Легкая непринужденная беседа, в которой она успела рассказать о своем муже, о том, какие у них были счастливые годы, сколько у них было собак, путешествий, радостных моментов.
Теперь, к нему раз в месяц захаживает взрослая дочь с мужем-пьяницей, видно, что от былого величия их существования остались одни руины. Старушка иногда стоит у подъездной двери и пристально смотрит в сторону дороги, будто ждет кого-то. А порой она подолгу ходит во дворе, рассматривая прохожих и разговаривая с кем-то воображаемым, идущим рядом с ней. Увядание. Самое ужасное в старости – одиночество. Когда ты уже не являешься частью кипящего варева вокруг, когда ты уже на обочине и единственное, что ты можешь, это вспоминать, молча смотреть вдаль, в надежде, что кто-то придет к тебе, заговорит с тобой, узнает, как прошел твой день, обнимет перед сном и напоит теплым чаем с лимоном. А по утрам, ты, словно маленькая Ида из сказки, будешь делиться оставшейся нежностью с единственными собеседниками, которые рады тебя слышать, с цветами.

Реклама

сУМАсшествие

QYQVbV1B75A

Говорите нежная и беззащитная? Говорите ранимая? Говорите защищать надо и жаль обидеть? Говорите сердце хрупкое и тело слабое? Ха! Нифига! Сходить с ума здорово, но сходить с ума компанией еще лучше. Подробности и детали упустим. Но я искренне счастлива, что со мной именно ТЕ люди, что я могу творить с ними такие безобразия и утром не гореть со стыда, а со смехом вспоминать произошедшее, шутить и чувствовать себя самой счастливой. И ветер ли, дождь ли, зима или весна за окном — когда ты у себя есть и у тебя есть такие люди, все нипочем и все кажется преходящим и разрешимым! :-Р

сЛожная наука

Столкнувшись в который раз с проблемой недоверия к людям, невольно начинаешь привыкать к тому, что нет на планете ни одного человека, которому можно было бы поверить на 200%, а то и больше процентов, как самому себе. Слова — пустой звук, когда дело касается любых отношений, да и жизни в принципе. И дело, наверное, не в том, что людям свойственно обманывать и кроме тебя такого хорошего и честного на Земле больше нет другого такого человека. Хорошие люди и надежные люди есть. Но к сожалению или к счастью их настолько мало, что вероятность встретить такого человека за время проживания на этой планете настолько мала, что порой кажется почти невозможной. Проще привыкнуть к плохому. К хорошему привыкнуть практически невозможно, поскольку всегда есть «но», ты всегда ищешь подвоха, крохотной щели, через которую можно было бы «расковырять» прогнившую сущность человека и тем самым обезопасить себя от его влияния на тебя. В итоге получается, что города наполнены одинокими и разочарованными людьми, живущими работой и полагающимися только на себя самого.

Веду к тому, что верить можно в этой жизни только себе и котам, хотя и те коварны и мстительны и не всегда такие милые, какими хотят казаться. Один мой друг сказал недавно, что вся проблема человечества в том, что мы слишком много думает. Быть может это и правда так. Но быть пустым одноклеточным только затем, чтобы спокойно и безболезненно существовать как-то не особо хочется. Хоть так, может быть, и проще.

Серебряный браслет

Однажды в одном далеком южном городе жила-была девочка. Не видела она на своем пути ненависти и зла, верила в чистое человеческое сердце и любила мечтать. Ходила она по лесу, выискивая каждый день все новые и новые тропки, открывала для себя новые поляны, на которых часто задерживалась, нежилась на солнце и наблюдала за белыми облаками в бескрайнем небе. Но вот, однажды, на пути ей встретился огромный валун. Не видела она еще камней такой величины в лесу. Он был серым, мрачным, покрытым мхом прошлого и контрастировал с солнечной и жизнерадостной картиной окружающего леса. Девочка долго разглядывала его, гладила рукой его трещины, щели, оставленные стихиями и бурями прошедших лет. А когда попыталась сдвинуть его с места, валун тяжело рухнул, изранив в кровь ее нежные ноги. Тогда девочка горько заплакала, присев у камня и утирая слезы подолом своего зеленого платьица. Холодная поверхность нежданного гостя упиралась в ее хрупкую спину, поддерживала, но в то же время отталкивала своей отчужденностью и безразличием. Никого не было рядом, чтобы помочь девочке остановить кровь, вылечить ее раны, успокоить юное сердце. Долго сидела она у этого камня, вытирала слезы и пыталась понять, отчего так расстроилась из-за обычного валуна, которых наверняка было много в этом лесу. Так наступил вечер, за ним холодная ночь, а потом новый день. Девочка выбилась из сил, ее опухшие от плача глаза почти не могли видеть, раны на ногах болели, отчего она практически не могла идти. Но что-то внутри нее подсказывало ей, что путь впереди лежит еще длинный и нужно двигаться навстречу ему и новым впечатлениям. Так ей когда-то говорила мама, так она была воспитана. Девочка поднялась с земли, собрала все свои остатки сил в кулак, превозмогая чудовищную боль в ногах и не видя перед собой почвы. А затем она сняла со своей руки серебряный браслет и оставила его у серого валуна. Этот браслет много лет назад подарил ей отец. Она хранила его как оберег, часто перебирала его звенья и вспоминала о родителях, о детстве, которое закончилось для нее очень рано. Она оставила его у камня, дабы никогда больше снова к нему не возвращаться, дабы не ранить о него свои ноги, не причинять себе больше той боли, которую познала рядом с ним. Серебряная цепь мягко опустилась на влажную траву у валуна, лучи солнца больше не играли в ее звеньях, были надежно спрятаны в тени мрачного и холодного камня. А девочка пошла дальше, пытаясь найти путь по солнцу, вдыхая запахи свежих трав и опираясь на деревья.

Прошли месяцы. Раны на ногах малышки почти зажили, остались лишь глубокие шрамы, время от времени напоминающие о себе. Девочка снова радовалась жизни, улыбалась яркому солнцу, искала новые поляны, ловила ветер, мечтала. Однажды утром, когда она собирала мак у реки, солнечные лучи стали совсем невыносимыми. Жаркий полдень утомлял и гнал прочь под сень деревьев. Девочка решила передохнуть, найти укромное место и немного поспать. Побродив по окрестностям, она нашла тоненькую тропку, ведущую в глубь прохладного леса. И вдруг, за высоким дубом малышка встретила тот валун, который когда-то изранил ее ноги и оставил шрамы на ее нежном теле. Серый и мрачный, он нисколько не изменился за прошедшие месяцы. Будто мир вокруг не существовал для него, будто солнце не ласкало его поверхность, будто жизнь для него остановилась много лет назад. Девочка долго разглядывала исполина, пытаясь совладать с чувствами и понять, чего же хочется ей сейчас, присесть у его тени и насладиться прохладой, или пойти дальше, пытаясь изгнать болезненные воспоминания из головы. Камень был неумолим, еще больше порос мхом и пугал своей отрешенностью. И вдруг, лучи солнца пробились через листву и девочка заметила у его основания серебряные кольца, нежной линией покоящиеся в траве. Это был ее браслет, оставленный здесь много дней назад как напоминание и знак того, что это место нежеланно и к нему нельзя возвращаться. Волна воспоминаний нахлынула на девочку, она вспомнила тот чудовищный день и силу удара, который еле смогла пережить, вспомнила с какой нежностью прикасалась она к трещинам на валуне, в надежде, что сможет помочь ему исправить свои раны, вспомнила холод его поверхности, отталкивающей от себя любое существо. Браслет — единственное, что связывало теперь эту девочку, теплое и живое человеческое тело и отщепенца природы, отшельника, холодного и безразличному к жизни.

Не в то время

2

Мы шли с моим неизменным другом по улице. Мой Очевидец, Слезоутиральщик, Еся, Лёля, Крэйзибич закрывала лицо от снегодождя, которым так щедр этот апрель. Я мне было все равно. Уже несколько дней, как меня распирало от внутреннего счастья, хотелось прыгать, кричать, разливать свою радость на всех и вся. Так мы и шли, навстречу колким потокам дождя, ветра и холода. И вдруг у стены полуразвалившегося дома мы увидели цветущее дерево. Покореженные годами ветви его устало опирались о холодный бетон, нежные молодые отростки выпустили первые листья, а вместе с листьями ветви покрылись белоснежным цветом. Хрупкий проблеск жизни на этом старом дереве был так прекрасен, что мы невольно остановились и засмотрелись. Безжалостные порывы ветра и снега срывали белесые лепестки, раздирали недавно пробудившуюся жизнь, молодость, красоту. Было очевидно, что цветы появились не в то время, не в тот период. Как же прозаична бывает природа. Как и в жизни человеческой, она не способна все верно рассчитать и расставить по своим местам. С другой стороны, будь везде и во всем абсолютная гармония — было бы, наверное, скучно и не интересно жить. Поэтому так и происходит, что в апреле идет снег, цветут цветы, печалятся и молчат о своей печали те, кому больше всего на свете хочется поговорить и высказать все больное и накипевшее на сердце.

Заряд позитива мой очень быстро иссяк. Впереди очередная трудовая неделя и выходные аскета, уже так привычны и естественны мне.

акация

Холодный ветер, совсем не похожий на мартовский. Будто в город снова вернулась осень. Дерево напротив моего балкона. Старая сухая акация, растущая здесь задолго до моего рождения. Покореженный временем и ветрами ствол, зеленый мох, покрывающий старую, будто обгорелую кору, остатки прошлогодней листвы, понуро свисающий с тонких сухих ветвей. Дерево старше меня, старое дерево, видевшее многое, происходящее вокруг, встречающее весну, переживающее буйство лета, качающее на своих измученных ветвях залетных птиц. Как много могли бы сказать деревья, если они умели говорить. Или они говорят? Когда ветер гуляет между ее ветвей, эта старая акация будто шепчет, еле слышно напевает песню времени. Ее мало кто замечает и еще меньше людей слушает. Для большинства это просто дерево, одно из сотни в нашем городе. Случайный отросток из случайно упавшего в землю семени когда-то очень давно. Но чем мы, люди, отличаемся от этой акации? Такие же заблудшие случайности, заброшенные в наши города. Такие же сухие и побитые временем деревья, переживающие свои весны, лета и зимы. И такие же малозаметные и малоинтересные окружающим нас людям.

День солнца

les-620x350

На крыше резвится парочка голубей, светит яркое солнце, высушивая лужи последних холодных мартовских дождей, кот гоняется за проснувшимися мухами, из глубины квартиры доносится замечательный вальс Яна Тирсена из не менее замечательного фильма «Амели», во дворе неизменные соседи-пенсионеры обсуждают повышение цен на отопление. А я… а я ловлю дуновение ветра, наслаждаюсь утром субботы, планирую генеральную уборку квартиры, думаю о том, что не все так уж плохо, как казалось вчера.

Хороших выходных всем, встречайте новый день с улыбкой. И да, не могу не процитировать стеклянного человека: «У Вас кости не стеклянные. Для Вас столкновение с жизнью неопасно, и если вы этот шанс упустите, тогда со временем сердце у Вас станет абсолютно таким же сухим и ломким, как мой скелет. Действуйте! Сейчас, чёрт возьми!»